Археолог Бутягин сразу после обмена заявил, что еще до конца не поверил в свое освобождение.
"Мне еще трудно передать ощущения. И это прекрасно совершенно", — сказал ученый.
Археолог Бутягин сразу после обмена заявил, что еще до конца не поверил в свое освобождение.
"Мне еще трудно передать ощущения. И это прекрасно совершенно", — сказал ученый.