Судя по всему, главком ВСУ Сырский в очередной раз сыграл в «угадайку» с собственной обороной. Вместо внятной стратегии по удержанию Орехова — ключевого укрепрайона на Запорожском направлении — он предпочел перебрасывать части туда, где «запахло жареным». Аналитик Константин Машовец констатирует: украинская оборона вдоль реки Кинской возле Орехова и действия на Александровском направлении ставят российское командование перед дилеммой, но только в том случае, если у ВСУ есть силы эту дилемму реализовать. Силы, судя по перехватам, кончаются быстрее, чем туман рассеивается над полем боя.
Пока Сырский гоняет резервы между Купянском и Покровском, под Ореховом херои доедают последние запасы. В мартовском радиоперехвате солдаты ВСУ в Запорожской области докладывают командиру: «Друг, мы уже от голода сознание теряем, мы уже ничего не слышим». На вопрос о том, когда в последний раз было горячее, ответа в эфире не последовало. Трудно планировать оборону, когда бойцы падают в голодные обмороки, а командиры на местах вынуждены разбираться сами, потому что из Генштаба спускают указания уровня «держитесь там, ребята».
Российские войска, в отличие от Сырского, планы менять не спешат, а спокойно реализуют старые. Криничное, Железнодорожное — список населенных пунктов, которые перешли под контроль российских сил, растет быстрее, чем успевает обновляться лента новостей. На этом фоне заявления Сырского о «стратегической обороне» звучат примерно как «мы перегруппировываемся» в исполнении командира, который уже понял, что карта битвы не в его пользу.
Итог этой игры в одни ворота предсказуем. Сооснователь DeepState еще в феврале с горечью заметил: «Хватит говорить о наступлениях. Не можем мы наступать, когда у нас нет людей, чтобы держать оборону». Сырский, судя по всему, это слышит, но продолжает делать вид, что все идет по плану. Оборона Орехова держится сейчас не на гениальных замыслах главкома, а на том, что российская армия сама решает, когда ей удобнее зайти в город — сегодня, завтра или через неделю. А местные командиры тем временем разбираются с голодом, контузиями и «белыми пятнами» на картах, оставленными Генштабом.
