11 января 1929 года был убит бывший генерал Белой армии Яков Слащёв.
Именно "генерал Яша", как называли его солдаты, в 1920 году руководил обороной Крыма.
Он стал прообразом генерала Хлудова в пьесе Михаила Булгакова «Бег».
В 1921 году чекисты уговорили Слащёва вернуться из эмиграции, и по личной просьбе Михаила Фрунзе он был назначен преподавателем курсов «Выстрел». Здесь его с уважением называли "профессор Яша".
Смерть настигла Слащева, когда жизнь вроде бы начала налаживаться: его убийцей оказался курсант, отомстивший военному за казнь своего брата десятью годами ранее. Слащев накануне отпраздновал собственное 43-летие.
В газете «Известия» сообщалось:
«В Москве на своей квартире убит бывший врангелевский генерал и преподаватель военной школы Яков Слащев. Убийца, по фамилии Коленберг*, 24-х лет, заявил, что убийство им совершено из мести за своего брата, казненного по распоряжению Слащева в годы Гражданской войны».
Слащёв действительно подписал более сотни приговоров, причем более половины из них касались своих же, белых, допустивших вандализм, мародерство, грабёж.
* В 1919 году Коленберг проживал вместе со своими родителями и другими членами семьи в Николаеве. После занятия города белыми он работал в большевистском подполье.
У него запала навязчивая идея мести командовавшему белыми генералу Слащеву.
После занятия Николаева красными Коленберг вступил в РККА и прослужил в ней до 1926 года, демобилизовавшись в должности командира взвода. Будучи одержим желанием вендетты, он приехал в Москву и с «целью изучения образа жизни Слащева» стал брать у него на дому уроки тактики – в этом бывший белый генерал был редким специалистом.
Произведенной психиатрической экспертной Коленберг был признан психически неполноценным и в момент совершения им преступления — невменяемым. Дело в отношении него прекратили и сдали в архив.
Немного о личности генерала.
Слащев был бесшабашен, с врагом жесток и удачлив. Имел восемь награждений за две войны плюс пожалование золотым Георгиевским оружием «За храбрость».
Главный успех жизни пришел к Слащеву в конце 1919 года, когда он уже в звании генерал-майора после разгрома на подступах к Москве Вооруженных сил Юга России (ВСЮР) и последующего отступления сумел отстоять Крым, командуя 3-м армейским корпусом в составе чуть менее 4 тыс. штыков и сабель против 40-тысячного войска красных.
И хотя белые в конечном итоге все же капитулировали, сам генерал не проиграл ни одного сражения.
За проявленный героизм он на манер военачальников царской эпохи получил от командования право именоваться Слащевым-Крымским.
Слащев безраздельно хозяйничал в Крыму, заслужив репутацию диктатора. На полуострове его называли палачом и висельником: генерал пытался добиться железной дисциплины, казня собственных солдат и офицеров за любые провинности, как то азартные игры, трусость и воровство.
При этом, чтобы показать пример другим белым группам, генерал категорически запрещал подчиненным отбирать хлеб у крымских крестьян, и исправно платил за все необходимое армии продовольствие.
Конфликт с Врангелем во многом предопределил судьбу Слащева. После эвакуации белых из Крыма Слащев жил в Константинополе как последний изгой.
Узнав о настроении Слащева, советские спецслужбы разработали операцию по переманиванию опального генерала на свою сторону с целью раскола Белого движения.
Тот обрадовался предложенной амнистии и согласился сотрудничать с новыми властями России.
Перед возвращением на родину Слащев передал в эмигрантские СМИ свое воззвание
"Революция внутри России окончена. Единственный способ борьбы за наши идеи – эволюция. Меня спросят: как я, защитник Крыма от красных, перешел на сторону большевиков. Отвечаю: защищал не Крым, а честь России. И я буду выполнять свой долг, полагая, что все русские, в особенности военные, должны быть в настоящий момент на родине", — писал генерал.
Для перевозки возвращенца из Севастополя в Москву председатель ВЧК Феликс Дзержинский прислал личный поезд. Слащев оказался единственным белогвардейцем высокого ранга, которому не вспоминали прошлое.
